На Кубани внедряют новую систему защиты от школьного буллинга

В российских школах намерены внедрить систему антибуллинга. Краснодарский край стал пилотной площадкой всероссийского проекта, который в 2026-2027 годах отрабатывается для последующего масштабирования на всю страну.

Программа выстроена по трёхступенчатому принципу и сочетает цифровую диагностику, удобные каналы подачи сигналов о травле и школьные службы примирения, где в разрешении конфликтов активно участвуют сами подростки. Издание «КП»-Кубань» разбиралось, как это работает.

Первый элемент системы – анонимные опросы учеников и родителей, своего рода «градусник» психологического климата в классе. С их помощью выявляют скрытые очаги напряжения: определяют, где обстановка особенно тяжёлая, кто выступает зачинщиком травли, а кто молча страдает. Повторное анкетирование планируют провести в декабре, чтобы оценить динамику и понять, стали ли отношения в коллективе спокойнее.

Второй блок – простые и безопасные способы сообщить о проблеме. Теперь подростку не нужно преодолевать болезненный барьер личного разговора с администрацией: сигнал можно подать через закрытую вкладку в школьном чате прямо со смартфона либо воспользоваться традиционным «ящиком доверия». При этом в проекте чётко разделяют анонимные сигналы (по ним усиливают наблюдение за классом) и обращения, где ребёнок готов назвать себя (в таких случаях школа обязана запустить полноценный алгоритм помощи, включая подключение психолога).

Главный принцип работы сформулирован как «не ищем виноватых – спасаем детей».

Ключевой инструмент новой модели – школьные службы медиации, где ставку делают на самих ребят. Старшеклассников обучают техникам бесконфликтного общения и медиативным практикам, формируя из них «группы равных». Специалисты подчёркивают: ровесник, который говорит с подростком на одном языке и носит такие же кроссовки, часто вызывает больше доверия, чем взрослый с нотациями.

В одной из экспериментальных школ Сочи (школа № 65) директор Мария Дрыгун пояснила, что цель – не создать очередную карательную комиссию, а объединить классных руководителей, психологов и социальных педагогов в единую команду, которая будет оперативно снимать напряжение, а не разжигать конфликт окриками и вызовами родителей.

Опыт пилотных школ вскрывает и непростые моменты, особенно в работе с родителями. Нередко мамы и папы агрессоров отказываются признавать проблему, а семьи жертв переживают острый стресс. Анонимные опросы помогают снять «розовые очки».

Одна из мам рассказала, что была потрясена, узнав, что её добрая и заботливая дочь, которая дома лечила бездомных котят, вместе с подругами участвовала в травле одноклассницы, делая это через закрытый чат, насмешки над одеждой и коллективный бойкот. После спокойного разговора без криков мама и дочь вместе плакали и пытались разобраться, как так вышло.

В министерстве образования Краснодарского края подчёркивают, что проект принципиально не ориентирован на наказание. Ставить подростка на учёт или сразу привлекать полицию – крайняя мера. Главная задача – заметить конфликт на ранней стадии и помочь детям сохранить человеческое отношение друг к другу.

Важную роль в оценке подхода играет экспертное сообщество. Клинический и семейный психолог, член Ассоциации когнитивно-поведенческой психотерапии Светлана Пригода называет буллинг «болезнью всего класса, а не одного ребёнка» и позитивно оценивает эксперимент. По её мнению, проект помогает уйти от формализма и карательного мышления, когда главное – «найти виноватого и поставить галочку».

Если взрослые научатся не прятаться от проблемы и смогут честно обсуждать даже неудобные темы, например, пересматривать культовые фильмы вроде «Чучело» Ролана Быкова не как артефакт прошлого, а как зеркало типичных школьных сценариев, то это станет серьёзным шагом к снижению уровня жестокости в школьных коллективах.